Субсидиарная ответственность начала беспокоить и должников, и кредиторов

Норма о привлечении #контролирующих должника #лиц к #субсидиарной #ответственности была введена в состав ФЗ «О банкротстве» еще в 2009 году. Однако широкое применение она получила после концептуальных уточнений, внесенных в 2017 году. Тогда законодатели четко прописали правила определения размера субсидиарной ответственности и основания для привлечения к ней. Но есть ли положительный эффект от роста числа лиц, привлеченных к субсидиарной ответственности? Ответить на этот вопрос попытались участники круглого стола «Использование инструмента субсидиарной ответственности в работе с непрофильными активами банков» при участии Совета ТПП РФ по финансово-промышленной и инвестиционной политике, Ассоциации специалистов по работе с проблемными активами, ученых и представителей банковского сектора. 

В преамбуле к основной повестке мероприятия, которое состоялось 29 октября, председатель Совета ТПП РФ Владимир Гамза отметил, что сегодня у процедуры привлечения к субсидиарной ответственности есть две проблемные стороны. А именно: к ней часто к привлекают лиц, невиновных в проблемах компании, опираясь чисто на формальные признаки. И вторая - лица, намеренно способствовавшие «развалу», нередко остаются безнаказанными по причинам и обстоятельствам, известным только судам. 

Говоря об эффективности привлечения к субсидиарной ответственности, председатель Комиссии по финансовой безопасности Совета по финансово-промышленной и инвестиционной политике ТПП РФ Павел Пенкин отметил, что существующие методы взыскания с должников и контролирующих лиц в принципе неэффективны. По статистике «Федресурса», из всего объема требований кредиторов с должников сегодня взыскивается не более 4%. С помощью инструмента субсидиарной ответственности удается взыскивать с контролирующих лиц только 10% от всего объема предъявленных требований. Эти удручающие цифры наглядно показывают, насколько неэффективен действующий механизм банкротства в России. 

«Совершенно очевидно, что процедуру надо менять. Это признает и министр экономического развития РФ Максим Решетников, который на днях заявил о необходимости перезагрузки банкротства в России. Я считаю, что наряду с ликвидационными процедурами должны действовать меры, позволяющие предприятию выйти из кризиса. Например, передача управления непрофильными активами, реструктуризация, досудебная санация», – пояснил Павел Пенкин. 

О неэффективности процедуры взыскания долгов путем реализации залоговых активов должника говорила и ведущий партнер «Рыков групп» Светлана Частная. В первую очередь это касается банков, которые обеспечивают кредиты имуществом кредитополучателя. По ее словам, практика показывает, что фактически получить удовлетворение своих требований при продаже этого имущества банки могут в лучшем случае на 20-30%. 

Еще меньший процент удовлетворения требований (не более 5-6%), по словам Светланы Частной, приносит инструмент субсидиарной ответственности, поскольку контролирующие должника лица,