Субсидиарная ответственность начала беспокоить и должников, и кредиторов. Совместное заседание Совета по финансово-промышленной и инвестиционной политике и Комитета по безопасности предпринимательской деятельности Торгово-промышленной палаты Российской Федерации в декабре 2020 года.

Норма о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности была введена в состав ФЗ «О банкротстве» еще в 2009 году. Однако широкое применение она получила после концептуальных уточнений, внесенных в 2017 году. Тогда законодатели четко прописали правила определения размера субсидиарной ответственности и основания для привлечения к ней. Но есть ли положительный эффект от роста числа лиц, привлеченных к субсидиарной ответственности? Ответить на этот вопрос попытались участники круглого стола «Использование инструмента субсидиарной ответственности в работе с непрофильными активами банков» при участии Совета ТПП РФ по финансово-промышленной и инвестиционной политике, Ассоциации специалистов по работе с проблемными активами, ученых и представителей банковского сектора.

В преамбуле к основной повестке мероприятия, которое состоялось 29 октября, председатель Совета ТПП РФ Владимир Гамза отметил, что сегодня у процедуры привлечения к субсидиарной ответственности есть две проблемные стороны. А именно: к ней часто к привлекают лиц, невиновных в проблемах компании, опираясь чисто на формальные признаки. И вторая - лица, намеренно способствовавшие «развалу», нередко остаются безнаказанными по причинам и обстоятельствам, известным только судам.

Говоря об эффективности привлечения к субсидиарной ответственности, председатель Комиссии по финансовой безопасности Совета по финансово-промышленной и инвестиционной политике ТПП РФ Павел Пенкин отметил, что существующие методы взыскания с должников и контролирующих лиц в принципе неэффективны. По статистике «Федресурса», из всего объема требований кредиторов с должников сегодня взыскивается не более 4%. С помощью инструмента субсидиарной ответственности удается взыскивать с контролирующих лиц только 10% от всего объема предъявленных требований. Эти удручающие цифры наглядно показывают, насколько неэффективен действующий механизм банкротства в России.

«Совершенно очевидно, что процедуру надо менять. Это признает и министр экономического развития РФ Максим Решетников, который на днях заявил о необходимости перезагрузки банкротства в России. Я считаю, что наряду с ликвидационными процедурами должны действовать меры, позволяющие предприятию выйти из кризиса. Например, передача управления непрофильными активами, реструктуризация, досудебная санация», – пояснил Павел Пенкин.

О неэффективности процедуры взыскания долгов путем реализации залоговых активов должника говорила и ведущий партнер «Рыков групп» Светлана Частная. В первую очередь это касается банков, которые обеспечивают кредиты имуществом кредитополучателя. По ее словам, практика показывает, что фактически получить удовлетворение своих требований при продаже этого имущества банки могут в лучшем случае на 20-30%.

Еще меньший процент удовлетворения требований (не более 5-6%), по словам Светланы Частной, приносит инструмент субсидиарной ответственности, поскольку контролирующие должника лица, зная об угрозе, в большинстве случаев заранее отчуждают свое имущество третьим лицам или же выводят свои активы за границу. «В результате, когда кредитор получает право требования по субсидиарной ответственности, к указанному сроку все совершенные с имуществом сделки находятся за периодом подозрительности и возвратить имущество невозможно», - отмечает ведущий партнер «Рыков групп».

По мнению Светланы Частной, с экономической точки зрения банкам гораздо выгоднее санировать находящиеся у них в залоге непрофильные активы. Подобная процедура сегодня вполне успешно применяется в банковской отрасли. Занимается ею созданный в 2018 году банк непрофильных активов «Траст».

Однако такая схема, несмотря на положительный опыт, применима не во всех случаях ввиду того, что требует значительных финансовых затрат и не вызывает интереса у должника. В связи с этим специалисты отрасли предлагают санировать имущество до банкротства. Должнику и кредитору (в данном случае подразумевается банк) необходимо наладить досудебный диалог: предварительно оценить возможность санации и варианты ее проведения. Если стороны придут к консенсусу, план санации может быть утвержден арбитражным судом и реализован «под присмотром» санирующей компании и кредиторов. Такой путь выгоден не только для кредиторов, которые смогут рассчитывать на куда большие выплаты, но и для самого должника – он освобождается от субсидиарной ответственности (в том числе и привлечения к ней родственников), избегает лишнего негативного шума вокруг предприятия и сохраняет деловую репутацию.

При этом начальник управления судебной защиты ПАО «Промсвязьбанк» Сергей Завьялов напоминает, что и санация – процедура не бесплатная. Безусловно, она требует куда меньше затрат, чем судебный процесс, который растягивается на годы. Кроме этого, она значительно повышает шансы кредиторов получить причитающиеся им средства, в отличие от банкротства, при котором, как сказано выше, взыскивается мизерный процент требований.

Участники круглого стола сошлись во мнении, что в сложившейся ситуации необходима детальная разработка процедуры санации. Законопроект о внесении изменений в федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» в части санации, предусматривающий этот механизм, был разработан инициативной группой Ассоциации специалистов по работе с проблемными активами. В законопроекте четко обозначены и затраты на этот процесс, и контролирующие его лица, и параметры, определяющие предприятия, пригодные для оздоровления.

Обсуждение данного законопроекта планируется на совместном заседании Совета по финансово-промышленной и инвестиционной политике и Комитета по безопасности предпринимательской деятельности Торгово-промышленной палаты Российской Федерации в декабре 2020 года.

Получить более подробную информацию о планируемом заседании и зарегистрироваться на участие можно по электронной почте ccirusfin@gmail.com